Весной 2025 г., в самом начале «поискового сезона», при проведении разведки в лесу восточнее пос. Рябово (Приморское поселение Выборгского района Ленинградской области) поисковики отряда «Заслон-2» (г. Санкт-Петербург) обнаружили неизвестную, ранее утраченную братскую могилу воинов Красной Армии, погибших в зимних сражениях Советско-Финляндской войны 1939-1940 гг.
На наличие в данной местности воинского захоронения указывала архивная карта Ленинградского военного округа за 1940 г.
Сначала был обнаружен характерный для утраченных братских могил еле заметный провал грунта, затянутый плотным слоем дёрна и заросший кустарником. При проверке провала, в его центре, сразу под дёрном, были найдены два прямоугольных гранитных блока (основание памятника) и сам памятник – большой гранитный обелиск с надписью: «Братская могила героев, погибших в борьбе с белофиннами. 1940 г.»
При обследовании могилы, проведённом поисковым отрядом «Наше время» (г. Санкт-Петербург) с участием поисковиков отряда «Советский патриот» (пос. Советский), на глубине более 2-х метров были выявлены человеческие останки, а также сопутствующие элементы военной формы, снаряжения и амуниции, характерные для Красной Армии в период «Финской» войны.
В результате изучения исторических источников, архивных документов боевых частей, картографических материалов, установлено, что захоронение расположено на месте бывшего финского местечка Хейнопентиккюля, где в период с 8-9 января 1940 г. до 18 февраля 1940 г. размещался штаб 181-го стрелкового полка 43-й стрелковой дивизии. Сама братская могила расположена непосредственно в том же месте, где на архивных картах-схемах отмечен полковой штаб.

Историческая справка
43-я стрелковая дивизия приняла участие в сражениях Советско-Финляндской войны 1939-1940 гг. с самых первых часов, перейдя в наступление утром 30 ноября 1939 г. от государственной границы из района пос. Стеклянный. Далее на первом этапе войны действовала в центральной части Карельского перешейка. За неделю боёв дивизия продвинулась вглубь территории противника и вышла на рубеж Муолан-ярви (ныне – озеро Глубокое) – Пуннус-ярви (озеро Красное), где последующие две недели вела тяжёлые наступательные действия по прорыву первой полосы системы долговременной обороны белофиннов.
181-й стрелковый полк сражался в межозёрном дефиле Киркко-ярви (озеро Правдинское) – Пуннус-ярви, безуспешно пытаясь прорвать рубеж обороны врага на реке Пуннус-йоки (река Красная). Декабрьское наступление 1939 г. не было успешным для Красной Армии на всём фронте Карельского перешейка.
Истощённая тремя неделями сражений к 23 декабря 1939 г. 43-я стрелковая дивизия была сменена на боевых рубежах частями «свежей» 136-й стрелковой дивизии. Обычно после такой смены следовал вывод частей во 2-й эшелон для отдыха, «приведения себя в порядок» и получения пополнения. Однако уже на следующий день был получен приказ о передислокации в западную часть Карельского перешейка, на левый фланг 7-й Армии.
Плотность войск Красной Армии, действовавших вдоль побережья Финского залива и восточнее, была крайне недостаточной – разрывы между боевыми частями составляли многие километры, чем активно пользовались белофинны, беспрепятственно проникая в тылы.
Во время финского масштабного контрнаступления 23 декабря 1939 г. противнику почти удалось прорваться в обход основной группировки наших войск через Темахаутонмяки (район пос. Краснофлотское) – только спешная переброска частей резерва 100-й стрелковой дивизии в этот район позволила остановить вражеский прорыв. Но установить полный контроль над обширной территорией немногочисленному резерву не удалось.
Именно в этот район 26 декабря 1939 г. прибыла 43-я стрелковая дивизия с задачами, сменив на боевых рубежах части 100-й сд, очистить территорию от отрядов противника и установить сплошную линию фронта, обеспечив тесную связь и взаимодействие с соседними войсковыми соединениями. Особое внимание уделялось обеспечению левого фланга дивизии – необходимо было соединиться с  отрядом КаУРа (Карельского укрепрайона), действовавшим вдоль побережья Финского залива в направлении Койвисто (Приморск).
181-й стрелковый полк разместил свой штаб в Темахаутонмяки и занял участок именно на левом фланге дивизии – от кирхи Куолема-ярви (Пионерское) до Юварукки (Заречье). Укрепляя занятые рубежи обороны, подразделения полка одновременно приступили к очистке территории от диверсантов, оставшихся в тылах.
«Командир дивизии приказал всем частям полностью закрепиться в заданных районах, отрыть окопы, поставить проволоку и другие инженерные сооружения. Командиру 181-го сп обеспечить стык с полком КаУРа, не допуская никаких свободных промежутков линии боевого соприкосновения с противником. Командирам частей создать отряды по очистке тыловых районов от диверсантов…» (выписка из Журнала боевых действий 43-й сд за 29.12.1939 г.)
«Группа белофиннов в количестве 10-12 человек на шоссе 3 км западнее Темахаутонмяки обстреляла командира дивизии и командира 181-го сп, а также обозы, идущие в тыл… Ранен шофёр командира дивизии, убито 3 командира, 2 бойца и ранено 2 бойца» (ЖБД 43-й сд за 01.01.1940 г.)
Более недели продолжалась борьба с диверсионными отрядами белофиннов. 181-й стрелковый полк сформировал 3 группы по 70-80 человек для очистки лесов.
Одновременно разведчики начали поиски в юго-западном направлении для установления связи с полком КаУРа. Правофланговые подразделения «соседей» были обнаружены южнее Карьялайнен (Лужки). При этом разведка установила, что район от Юварукки до Карьялайнен не контролируется ни нашими войсками, ни противником.
«В результате прочёсывания лесов установлено, что проникновение групп противника происходит через северную окраину Карьялайнен» (ЖБД 43-й сд за 03.01.1940 г.)
Для обеспечения стыка с соседом слева и взятия под контроль «ничейного» участка Юварукки – Карьялайнен, командир дивизии направил резервные подразделения 65-го стрелкового полка. К 8-9 января 1940 г. 43-я стрелковая дивизия сформировала сплошную линию фронта в зоне своей ответственности, установив с полком КаУРа «тесную локтевую связь». Одновременно были прекращены и активные рейды вражеских диверсантов.
После обеспечения безопасности ближних тылов, штаб 181-го стрелкового полка переместился ближе к линии боевого соприкосновения и разместился в Хейнопентиккюля, подтянув в этот же район батальон полкового резерва. Более полутора месяцев полк дислоцировался на данном участке.
В этот период – январь и до середины февраля 1940 г. – на всей ширине Карельского перешейка противоборствующие стороны не предпринимали активных боевых действий, находясь в позиционной обороне. В частях велась усиленная боевая учёба, особое внимание уделялось лыжной подготовке, проводилась политическая работа, состоялись награждения воинов, отличившихся в предыдущих боях. Дивизия получила пополнение.
181-й стрелковый полк, как и другие действующие части, развивал и укреплял собственную систему обороны, вёл активную разведку переднего края противника и глубины его обороны.
6 января 1940 г.: «Разведгруппа 181-го сп, действовавшая от высоты 39,0, при просмотре просеки восточнее высоты 30,5 была обстреляна из двух блиндажей, преследовалась ротой противника. Разведгруппа отошла, понеся потери – 5 убитых и 4 раненых. Убитые остались у противника…» (ЖБД 43-й сд за 07.01.1940 г.) Эта печальная запись в Журнале боевых действий дивизии подтверждается архивным списком потерь 181-го сп – пятеро разведчиков Н.И. Божанов, С.П. Воронин, Н.Г. Голованов, К.И. Горячев, Д.Д. Никитин значатся погибшими в районе Мересилта (ныне не существует), в графе «место захоронения» записано: «тело осталось на территории, занятой противником…»
Находясь в позиционной обороне, полк, тем не менее, нёс потери. Погибали разведчики, погибали бойцы в караулах и в боевом охранении. Велись перестрелки из всех видов стрелкового оружия, миномётов, артиллерии. Белофинны периодически предпринимали попытки атак на боевые позиции батальонов.
Рядом со штабом полка в Хейнопентиккюля появилась могила погибших воинов. Вероятно, первым из захороненных здесь бойцов был красноармеец-разведчик П.Д. Бутько, погибший 8 января 1940 г.
Ближе к концу января началась усиленная подготовка к генеральному наступлению Красной Армии на Карельском перешейке. Ещё насыщеннее стала боевая учёба. В полках создавались «блокировочные группы» для штурма вражеских ДОТов (долговременных огневых точек).
«Части 43-й сд на занятиях особое внимание уделяют тактике наступления в лесисто-болотистой местности» (ЖБД 43-й сд за 25-27.01.1940 г.)
«В проведённых в частях занятиях особое внимание обращено на овладение способами блокировки ДОТ» (ЖБД 43-й сд за 28-31.01.1940 г.)
Для успешного наступления требовались всё новые, более обширные и точные разведданные – были усилены действия разведгрупп во всех направлениях вдоль переднего края обороны белофиннов и в их тылах.

5 февраля 1940 г.: «Высылавшимися разведгруппами 181-го сп новых данных о противнике не добыто. При соприкосновении с охранением противника по разведгруппам вёлся пулемётный и автоматный огонь. Под прикрытием огня своей артиллерии разведгруппы возвращались обратно… Убито 6, ранено 10, без вести пропавших 2 человека…» (ЖБД 43-й сд за 4-6.02.1940 г.) Погибшие в этот день разведчики были захоронены в Хейнопентикюля, рядом со штабом полка.
Последним, кого здесь захоронили, был, вероятно, красноармеец А.М. Горелик, погибший 17 февраля 1940 г. На следующий день штаб полка покинул эту местность – 43-я стрелковая дивизия перешла в наступление.
Генеральное наступление Красной Армии на Карельском перешейке началось немного раньше – 11 февраля 1940 г. В первые несколько дней сражений 43-я сд оставалась на своих позициях, сковывая противника и обеспечивая прорыв соседа справа – 70й стрелковой дивизии.
«Противник на фронте дивизии поспешно отходит, не оказывая сопротивления. При отходе поджигает населённые пункты, взрывает убежища и огневые точки, оставляя на пути отхода противопехотные и противотанковые препятствия, каменные надолбы, противотанковые рвы, проволочные заграждения, фугасные и минные поля.
43-я сд с утра 17.02.1940 г. перешла в наступление и в течение дня вела преследование противника. 181-й сп с утра вёл активную разведку, встретив сплошное минное поле. В течение дня полк преследовал отходящего противника…» (ЖБД 43-й сд за 17.02.1940 г.)
43-я стрелковая дивизия развивала наступление в западном направлении – на Койвисто (Приморск). 181-й стрелковый полк покинул Хейнопентиккюля, продвигаясь с боями к Финскому заливу. На следующий день, 18 февраля 1940 г., вслед за боевыми порядками полка двинулись на запад его штаб и тылы – на прежнем месте их дислокации остались пустые блиндажи и братская могила…
После победного завершения «Финской» войны командование Красной Армии не забыло о своих погибших героях. В мае-июне 1940 г. территория, где недавно отгремели сражения, была обследована специальными похоронными командами войсковых частей – оставшиеся на местности тела погибших бойцов были собраны и захоронены, выявленные могилы были благоустроены и поставлены на учёт. В конце 1940 г. началась установка памятников, были разработаны архитектурные проекты строительства воинских мемориалов, которые планировалось завершить к концу 1942 г.
Увы, этим планам не суждено было осуществиться – началась Великая Отечественная война, новые потери, тяжёлые отступления. Могилы воинов Красной Армии, погибших суровой зимой 1939-1940 гг., оказались на оккупированной территории и были разрушены финскими войсками, памятники были сломаны.
После окончательного освобождения этой земли летом 1944 г. уже нужно было обустраивать новые могилы, строить новые мемориалы – многие места упокоения героев боёв с белофиннами не были найдены, оказались в забвении. За долгие прошедшие десятилетия эти захоронения были полностью поглощены природой, заросли лесом или кустарником, слились с окружающей местностью – поисковые отряды до сих пор находят такие могилы ежегодно.

Увековечение Памяти
Обнаруженная в районе бывшего местечка Хейнопентиккюля братская могила является исторической – это подтверждается архивными документами, результатами обследования, сохранившимся памятником. На сегодняшний день в уполномоченный орган Ленинградской области уже направлены документы для её постановки на государственный учёт как вновь выявленного ранее неизвестного воинского захоронения.
В дальнейшем здесь должен появится достойный воинский мемориал, увековечивающий Память и Подвиг воинов, погибших за Родину в тяжёлых сражениях суровой зимы 1939-1940 гг. Главным элементом благоустройства, конечно же, должен стать сохранившийся исторический обелиск – его необходимо отреставрировать и заново смонтировать в мемориальной зоне.
На этом воинском захоронении при его благоустройстве также должны появиться и мемориальные плиты с именами погибших воинов, выявленными в ходе архивной и исследовательской работы.
Всего в результате изучения боевых документов частей Красной Армии, Книги Памяти Советско-Финляндской войны 1939-1940 гг. и списков безвозвратных потерь 181го сп, хранящихся в Российском государственном военном архиве и Архиве военно-медицинских документов (филиал Центрального архива Министерства обороны), удалось установить имена 28-ми воинов 181го стрелкового полка 43-й стрелковой дивизии, захороненных в братской могиле в Хейнопентиккюля.
Зачастую создание таких мемориалов становится возможным благодаря участию многих небезразличных людей – поисковиков, волонтёров, общественников. После публикации информации откликаются потомки погибших воинов, приезжают на могилы и в Места Памяти своих героических дедов и прадедов.
Воинское захоронение «Хейнопентиккюля» было поставлено на государственный учёт. Ему присвоен номер 180. Шефство над ним взял поисковый отряд «Мера» при поддержке поисковго отряда «Приморский рубеж». Поисковики провели расчистку территории и  благоустройство братской могилы, реставрацию и монтаж исторического памятника, гранитных плит с именами погибших воинов. А также сооружен пешеходный мостик через ручей и дорожка к нему.  Установлен информационный стенд. 

17 октября 2026 года состоялось торжественное открытие мемоиала — всего за сезон поисковый оряд «Мера» полностью восстановил братскую могилу и увековечил Память воинов 181-го стрелкового полка. Это яркий пример правильной поисковой работы  — как действительно  строить работу по увековечению Памяти воинов Красной Армии, погибших при защите Отечества. Хотелось бы, чтобы другие поисковые отряды также брали  шефство над  воинскими захоронениями. Обращали на эту работу больше внимания.